Глава IV. Война Жёлтого императора с Чи-ю

1. Жёлтый император и слово «хуан-ди» - император. Столица правителя в горах Куньлунь. Сад в облаках. Зрячая плоть. Огненная мышь и ткань, которую стирают в пламени. Очаровательная богиня Уло. Сян-ван находит жемчужину, потерянную Жёлтым императором. Дочь Чжэнь Мана крадёт жемчужину. Сокровище превращается в тройное жемчужное дерево.

Прежде мы уже говорили, что Хуан-ди был великим духом, появившимся в мире несколько позднее Янь-ди. Слово хуан-ди, записанное в древних книгах, соответствует хуан-тянь шан-ди (августейший верховный владыка неба). Иероглиф ди мы встречаем в «Книге песен», «Книге исторических преданий» и «Книге перемен», а также в надписях на костях и бронзовых колоколах и треножниках в значении «верховный владыка». Хуан в свою очередь является определением к ди и подчёркивает блеск и величие императора. Например, в одном стихотворении «Книги песен», в разделе «Большие оды» сказано: «Хуан - это шан-ди». В разделе «Малые оды» говорится: «был Хуан-шан-ди». В «Гимнах царства Лу» сказано: «Хуан хуан хоуди» (августейшая императрица). Все эти эпитеты подчёркивают идею необычайного величия Шан-ди. В древности правители княжеств никогда не называли себя ди - императорами. Только в чжоускую эпоху появляется титул вам (князь); начиная с Вэнь-вана, У-вана и вплоть до последнего Нань-вана, погибшего под ударами государства Цинь, все правители были ванами. В конце периода Борющихся царств многие своевольные удельные князья, не удовлетворяясь титулом вана, стали бесцеремонно называть себя ди - императорами. Правитель княжества Цинь стал императором Запада, правитель Чжао - императором Центра, а правитель Янь - императором Севера. Впоследствии Цинь Шихуан, объединив весь Китай и стараясь сделать свой титул более пышным, присвоил себе наименование хуан-ди (августейший император). Последующие поколения восприняли его, и он стал титулом земных правителей.

Прежде чем говорить о Жёлтом императоре, следует сказать о том, что он самым тесным образом был связан с горами Куньлунь.

Рассказывают, что на горах Куньлунь стоял величественный и прекрасный дворец Хуан-ди и он приходил туда развлечься. Во дворце всеми делами ведал небесный дух по имени Лу-у, очень свирепый с виду: у него было лицо человека, туловище и когтистые лапы тигра и девять хвостов. Одновременно он ещё управлял на небе пределами, опоясанными девятью стенами, и был хранителем сокровищ в парке духов. А за дворцовой утварью и одеждой присматривали красные фениксы. Хуан-ди в свободное от служебных забот время частенько с удовольствием спускался в эти места.

Если он находился в приподнятом настроении, то мог отсюда отправиться на северо-восток, к горе у реки Акаций - Хуацзяичжишань, расположенной за четыреста ли от дворца. Здесь были знаменитые висячие сады - сюанъпу (Пинпу или Юаньпу). Это был самый большой парк Хуан-ди на земле. Он был расположен очень высоко, как будто висел в облаках, и отсюда получил своё название. Стоило Жёлтому императору подняться немного вверх, как он тотчас оказывался в своём небесном дворце, но об этом читатель уже знает из истории императора Фу-си. Ведал этим парком небесный дух по имени Ин-чжао - конь с человечьим лицом и крыльями на полосатой, как у тигра, спине. Этот дух часто летал по небу, кружа над четырьмя морями, и громко рычал. Если оттуда смотреть на юг, то ночью видны снежные шапки Куньлуньских гор, блестящие и сверкающие, и очертания прекрасного величественного дворца небесного владыки на фоне ослепительного блеска; на западе - большое озеро Цзи, окружённое со всех сторон густыми зелёными деревьями, серебристый блеск его воды сливался небом. Это было место, где обитала душа Хоу-цзи, предка народа чжоу. На севере возвышались величавые скалистые гори Чжупишань, в которых жили Хуай-гуй и Лу-лунь, над их вершинами беспрерывно кружили могучие ястребы и коршуны. На востоке виднелись обрывистые зубчатые горы Хэнь-шань высотою около четырёх чжанов, там собирались духи Юцюнгуй, жившие на их склонах. Кроме того, Хэньшань был обиталищем коршунов и ястребов.

Предание рассказывает, что на этой горе жила огромная птица, по-видимому, хищная, у которой как-то родилось четверо птенцов. Когда они подросли и покрылись густым оперением, а крылья их окрепли, они собрались разлететься к четырём морям. Мать понимала, что их дом - обширные степи и небо, и, не пытаясь их удержать в своём гнезде, лишь жалобно кричала, провожая каждого из своих любимых детей, улетавших в разные стороны. Её жалобный плач сотрясал землю, как будто это "был плач многих матерей, провожавших своих любимых детей в далёкий путь. Кругом было так красиво! Прямо под висячими садами из-под земли бил родник. Вода в нём была такая чистая - ни соринки не найдёшь, и холодная - до костей пробирала. Называли его Яошуй - Яшмовые воды, он тёк прямо в Яшмовый пруд - Яочи, что поблизости от гор Куньлунь. Яшмовые воды охранял безымянный небесный дух, похожий на быка, с восемью ногами, двумя головами и конским хвостом; голос его напоминал звуки горна, и там, где его видели, начиналась война.

Вершину Куньлунь окружала со всех сторон яшмовая ограда. С каждой стороны было по девять колодцев и по девять ворот, внутри - императорский дворец среди скал, окружённый пятью стенами с двенадцатью башнями. На самом высоком месте рос рисовый колос высотою четыре чжана, а в обхвате пять мер; на запад от него росли - жемчужное дерево, яшмовое дерево, жили там феникс и птица луань, головы которых обвивали змеи, а ногами они попирали других змей, с их грудей свешивались красные змеи. На восток от колоса росли дерево шатан и дерево лангань. На дереве лангань вырастала прекрасная яшма, похожая на жемчуг, необычайной ценности, которая служила пищей этим птицам. Жёлтый император специально послал трёхглавого и шестиглазого бога Ли-чжу, чтобы он поселился на дереве фучан рядом с деревом лангань и охранял его. Ли-чжу лежал на дереве, и три его головы по очереди засыпали и просыпались. Глаза его светились ярким светом и могли видеть каждую пушинку в осеннее время. Днём и ночью он зорко следил за малейшим движением около дерева лангань, и будь то человек, озарённый небесным талантом, и он не осмелился бы пальцем дотронуться до него. К югу от громадного рисового колоса росло тёмно-красное дерево, здесь жили орёл и ядовитая змея, шестиглавый дракон и невиданное чудо шижоу - «зрячая плоть». На север от него росли бирюзовое дерево, яшмовое, жемчужное, чёрного нефрита. На них зрели жемчуг и красивая яшма, а на дереве узорного нефрита рос разноцветный пятнистый нефрит. Там же росло дерево бессмертия. Вкусивший его плоды становился бессмертным. На деревьях жили фениксы и птица луань, на головах которых были щиты. А из земли бил родник с чистой и прозрачной водой, прозванный Лицюань - Сладкий источник, вокруг него росли причудливые деревья и цветы. Он славился так же, как и Яшмовый пруд Куньлуня. Расскажем теперь и о самой удивительном - шижоу.

Шижоу часто упоминается в «Книге гор и морей». Всегда, когда речь заходит о знаменитых горах и водах или о могилах известных правителей древности, рассказывается и об этом чудище. Что же это такое? Оказывается, это было живое существо, совершенно лишённое костей и конечностей, представлявшее собой только комок мяса, несколько напоминавший печень быка, но с парой маленьких глаз. Это странное существо люди считали самой прекрасной пищей, так как, согласно преданию, его мясо нельзя было съесть до конца; съешь кусок, а на этом месте вырастает новый и шижоу приобретает прежнюю форму. Для великих предков, покоившихся в земле, оно служило вечно неистощающейся пищей, будет она - не придётся думать, чем наполнить желудок. Об этом всегда мечтали путешественники, ведь тогда не надо было бы тащить с собой столько провианта. О подобных существах мы встречаем записи и в других книгах. Так, рассказывают, что в области Юсе была корова шаогэню (шао по-китайски значит «немного», гэ — «резать», ню — «корова»). Если от неё отрезать несколько цзиней мяса, то пройдёт день - и мясо снова нарастёт. Всё её тело было чёрного цвета, рога тонкие и длинные - около четырёх с лишним чи. По крайней мере через каждые десять дней нужно было отрезать у неё мясо, иначе она могла умереть. По преданию, в стране юэчжи (юэчжи жили на территории современной Средней Азии) разводили также овец с особенно толстым и жирным хвостом, который весил около десяти цзиней, люди отрезали этот хвост, чтобы готовить из него пищу. И самое интересное, что через некоторое время у них вновь вырастал такой же хвост .

Сейчас мы на время оставим этих удивительных животных и вернёмся к Куньлуню. Это был действительно необычайно высокий хребет, не имевший себе равных. Горы громоздились одна над другой и напоминали крепостные стены, которых было девять. Их высота от подножия горы до вершины, как рассказывают, достигала одиннадцати тысяч ста четырнадцати шагов двух чи шести цуней. Внизу у подножия хребта протекала глубокая река Жошуй - Слабая вода. Хребет кольцом опоясывали огненные горы, на них росли деревья, которые никогда не сгорали до конца. День и ночь горели они, налетал ураган, но не мог раздуть огонь сильнее; дождь лил как из ведра, но не мог его погасить. Это мощное пламя испускало сплошной сияющий блеск, освещая стоявший на вершине гор Куньлунь необычайно величественный прекрасный дворец Хуан-ди. В этом большом пламени жила мышь величиной поболее быка, а весом в тысячу цзиней, и каждая шерстинка длиною в два чи на её шкуре была тонка, как шелковая нить. У этой мыши, жившей среди огня, тело было красное, а когда она выходила из пламени, то становилась белой, как снег. Как только она отделялась от огня, она немедленно обливала себя водой и умирала, и тогда её шерсть стригли, пряли нить и ткали материю, а потом шили из неё одежду. Её никогда не надо было стирать, а если она пачкалась, то нужно было бросить её в огонь, и она становилась чистой, как новая, и люди её называли хохуань-бу