назад содержание далее

Беовульф (1 - 10)

Перевод с древнеанглийского В.Тихомирова


  1
  
Истинно! исстари
   слово мы слышим
о доблести данов,
   о конунгах датских,
чья слава в битвах
   была добыта!


Первый - Скильд Скевинг,
   войсководитель,
не раз отрывавший
   вражьи дружины
от скамей бражных.
   За все, что он выстрадал
в детстве, найденыш,
   ему воздалось:
стал разрастаться
   властный под небом
и, возвеличенный,
   силой принудил
народы заморья
   дорогой китов 10
дань доставить
   достойному власти.
Добрый был конунг!
   В недолгом времени
сын престола,
   наследник родился,
посланный Богом
   людям на радость
и в утешение,
   ибо Он видел
их гибель и скорби
   в век безначалия,-
от Вседержителя вознаграждение,
   от Жизнеподателя благонаследие,
знатен был Беовульф,
   Скильдово семя,
в датских владениях.
   С детства наследник
добром и дарами
   дружбу дружины 20
должен стяжать,
   дабы, когда возмужает,
соратники
   стали с ним о бок,
верные долгу,
   если случится война,-
ибо мужу
   должно достойным
делом в народе
   славу снискать!
В час предначертанный
   Скильд отошел,
воеводитель
   в пределы Предвечного. -
Тело снесли его
   слуги любимые
на берег моря,
   как было завещано
Скильдом, когда еще
   слышали родичи 30
голос владычный
   в дни его жизни.
Челн крутогрудый
   вождя дожидался,
льдисто искрящийся
   корабль на отмели:
там был он возложен
   на лоно ладейное,
кольцедробитель;
   с ним же, под мачтой,
груды сокровищ -
   добыча походов.


Я в жизни не видывал
   ладьи, оснащенной
лучше, чем эта,
   орудьями боя,
одеждами битвы -
   мечами, кольчугами:
всё - самоцветы,
   оружие, золото - 40
вместе с властителем
   будет скитаться
по воле течений.
   В дорогу владыку
они наделили
   казной не меньшей,
чем те, что когда-то
   в море отправили
Скильда-младенца
   в суденышке утлом.
Стяг златотканый
   высоко над ложем
на мачте упрочив,
   они поручили
челн теченьям:
   сердца их печальны,
сумрачны души,
   и нет человека
из воинов этих,
   стоящих под небом, 50
живущих под крышей,
   кто мог бы ответить,
к чьим берегам
   причалит плывущий.
  
  2

Долго правил
   твердыней данов
Беовульф датский,
   народоводитель
Скильдинг, наследник
   единодержца,
пока не сменил его
   сын его, Хальфдан
славный, что властил
   до самой смерти. -
и в старости Скильдинг
   бойцом был отменным.
Родилось на землю
   от Хальфдана четверо:
Херогар, Хродгар,
   Хальга Добрый 60
и дочь, которая,
   слышал я, стала
подругой Онелы
   в опочивальне,
супругой Скильвинга,
   конунга шведского.
Хродгар возвысился
   в битвах удачливый,
без споров ему
   покорились сородичи,
выросло войско
   из малой дружины
в силу великую.
   Он же задумал
данов подвигнуть
   на труд небывалый:
хоромы строить,
   чертог для трапез,
какого люди
   вовек не видывали; 70
там разделял бы он
   со старыми, с юными
все, чем богат был
   по милости Божьей,-
только земля неделима
   и войско едино.
Слышал я также,
   по воле владыки
от дальних пределов
   народы сходились
дворец возводить
   и воздвигли хоромы
в срок урочный,
   а тот, чье слово
было законом,
   нарек это чудо
Палатой Оленя,
   именем Хеорот;
там золотые
   дарил он кольца 80
всем пирующим.
   Дом возвышался,
рогами увенчанный;
   недолговечный,
он будет предан
   пламени ярому
в распре меж старым
   тестем и зятем -
скоро нагрянули
   зло и убийство.


Тут разъярился
   дух богомерзкий,
житель потемков,
   который вседневно
слышал застольные
   клики в чертогах:
там арфа пела
   и голос ясный
песносказителя,
   что преданье 90
повел от начала,
   от миротворенья;
пел он о том,
   как Создатель устроил
сушу - равнину,
   омытую морем,
о том, как Зиждитель
   упрочил солнце
и месяц на небе,
   дабы светили
всем земнородным.
   и как Он украсил
зеленью земли,
   и как наделил Он
жизнью тварей,
   что дышут и движутся.


Счастливо жили
   дружинники в зале,
пока на беду им
   туда не явилось 100
ада исчадие:
   Гренделем звался
пришелец мрачный,
   живший в болотах,
скрывавшийся в топях,
   муж злосчастливый,
жалкий и страшный
   выходец края,
в котором осели
   все великаны
с начала времен,
   с тех пор, как Создатель
род их проклял.
   Не рад был Каин
убийству Авеля,
   братогубительству,
ибо Господь
   первоубийцу
навек отринул
   от рода людского, 110
пращура зла,
   зачинателя семени
эльфов, драконов,
   чудищ подводных
и древних гигантов,
   восставших на Бога,
за что и воздалось
   им по делам их.
  
  3

Ночью Грендель
   вышел разведать,
сильна ли стража
   кольчужников датских
возле чертога,
   и там, в покоях,
враг обнаружил
   дружину, уснувшую
после пиршества,-
   не ждали спящие
ужасной участи,-
   тогда, не мешкая, 120
грабитель грозный,
   тать кровожорный
похитил тридцать
   мужей-воителей,
и, с громким хохотом
   и корчась мерзостно,
вор в берлогу
   сволок добычу,
радуясь запаху
   мяса и крови.
Лишь на рассвете
   открылись людям
следы побоища
   и сила Гренделя,-
был после пиршества
   плач великий!
Скорбь огласила
   утро стенаньями;
муж безупречный
   сидел неутешен - 130
горе страшное,
   слишком тяжкое! -
след проклятого
   гостя видев,
он оплакивал,
   конунг, павших
в неравной схватке.
   Но не успели
даны опомниться:
   ночь наступила,
и враг ненасытный,
   в грехе погрязший,
опять набег
   учинил убийственный;
не раз случалось
   людям в ту пору
искать ночлега,
   стелить постели
вдали от высокой
   дворцовой кровли, 140
ибо враг кровожаждущий
   в этом доме бесчинствовал,
и, спасаясь от недруга,
   уходили воины
прочь от места опасного;
   он один одержал
верх над множеством
   и остался, злокозненный.
в доме конунга
   беззаконным хозяином;
и надолго чертог
   обезлюдел.


Так двенадцать зим
   вождь достойный,
друг Скильдингов,
   скорби смертные
и бесчестье терпел
   и печали неисчислимые.
И слагались в то время
   по всей земле 150
песни горестные,
   но правдивые
о том, как Грендель
   войной на Хродгара
год за годом
   злосердый ходит,
и нет предела
   проклятой пагубе,
не ищет враг
   замирения с данами,
не прекращает
   разбоя кровавого,
цену крови
   платить и не думает,
мужа знатного
   даже золотом
у злодея не выкупить.
   Так преследовал
датских ратников 160
   призрак дьявольский,
ждал юных в засадах
   и старых воинов
рвал на части,
   из топей туманных
являлся ночью,-
   кто знает, откуда
приходят скитальцы,
   причастные тайн
самой преисподней!-
   и множил муки
богоотверженец;
   светлый Хеорот
стал пристанищем
   полночной нечисти -
только места высокого,
   освященного Богом,
не касался поганый,
   не смел осквернять
трона кольцедарителя. 170


   Такое Скильдингу
на долю выпало
   горе долгое.
Сидели знатные,
   судили мудрые,
в совете думали,
   как бы вернее
людей избавить
   от страшной участи;
молились идолам,
   душегубителям,
и, воздавая им
   жертвы обетные,
просили помощи
   и подкрепления -
то суеверие,
   обряд языческий,
то поклонение
   владыке адскому!
Был им неведом
   Судья Деяний, 180
Даритель Славы,
   Правитель Неба,
не знали Бога,
   не чтили Всевышнего.
Горе тому,
   кто нечестьем и злобой
душу ввергает
   в гееннский огонь,-
не будет ему
   послабления в муках!
Но благо тому,
   кто по смерти предстанет
пред Богом
   и вымолит у Милосердного
мир и убежище
   в лоне Отца!
  
  4
  
Не было роздыха
   сыну Хальфдана
в его несчастьях,
   не мог всемудрый 190
осилить пагубу.
   горе страшное,
слишком тяжкое,
   напасть ночную,
людей постигшую
   в его державе.
Услышал весть
   о победах Гренделя
храбрец гаутский,
   дружинник Хигелака -
он был сильнейшим
   среди могучих
героев знатных,
   статный и гордый;
и приказал он
   корабль надежный
готовить в плавание:
   там, за морем,
сказал, найдем мы,
   за лебединой дорогою, 200
конунга славного,
   но бедного слугами!
Людей не пугала
   затея дерзкая,
хотя и страшились
   за жизнь воителя,
но знаменья были
   благоприятные.
Тогда собрал он,
   ратеначальник,
в дружину гаутов
   наихрабрейших,
товарищей верных,
   числом четырнадцать,
и, сам пятнадцатый,
   опытный кормчий,
повел их к морю,
   к пределам суши.


Время летело,
   корабль в заливе 210
вблизи утесов
   их ждал на отмели;
они вступили
   на борт, воители,-
струи прилива
   песок лизали,-
и был нагружен
   упругоребрый
мечами, кольчугами;
   потом отчалил,
и в путь желанный
   понес дружину
морской дорогой
   конь пеногрудый
с попутным ветром,
   скользя, как птица,
по-над волнами,-
   лишь день и ночь
драконоголовый
   летел по хлябям, 220
когда наутро
   земля открылась -
гористый берег,
   белые скалы,
широкий мыс,
   озаренный солнцем,-
они достигли
   границы моря.
Ладья их на якоре
   стояла в бухте;
герои гаутские
   сошли на берег,
блестя кольчугами,
   звеня мечами,
и возгласили
   хвалу Всевышнему,
что ниспослал им
   стезю безбурную.
Тогда с утеса
   дозорный Скильдингов, 230
страж побережья,
   следил, как ратники
во всеоружии,
   в одеждах битвы
над бурунами
   проходят по сходням;
дивился витязь
   гостям незваным,
и прямо к ним он
   коня направил,
служитель Хродгара,
   и древком ясеневым,
копьем потрясая,
   спросил пришельцев: -
"Кто вы,
   закованные в броню,
покрывшие головы
   железными шлемами,
судно грузное
   по мелководьям 240
сюда приведшие
   из океана?
Давно храню я
   наши границы,
поморье датское
   от злонамеренных
морских разбойников,
   но не упомню,
чтобы чужая
   дружина вышла
на этот берег
   так, без опаски.
без дозволения
   моих сородичей,
власть предержащих.
   И я ни в жизни
не видел витязя
   сильней и выше,
чем ваш соратник -
   не простолюдин 250
в нарядной сбруе.-
   кровь благородная
видна по выправке!
   Но я обязан
узнать немедля
   ваш род и племя,
дабы вошли вы
   в пределы датские
не как лазутчики.
   Вы, чужеземцы,
морские странники,
   поторопитесь! -
я жду ответа,
   я должен сведать,
откуда вы
   и почто явились!"
  
  5
  
Воеводитель
   ему ответствовал,
раскрыл сокровищницу
   слов благородных: 260
"Мы все от семени
   мужей гаутских,
наш конунг - Хигелак,
   его дружина - мы.
Воитель мудрый,
   всеземнознатный
отец мой, Эггтеов,
   состарясь, умер,
покинул землю,-
   тому немало
минуло зим,-
   но имя славное
доныне знаемо
   под этим небом.
Не злые мысли
   ведут нас к датскому
народоправителю,
   к сыну Хальфдана,-
так помоги нам
   добрым советом!- 270
и мы не скроем
   от высокородного
помыслов наших,
   о коих скоро
и ты узнаешь.
   Молва разносит,-
скажи, то правда ли?-
   что будто некая
тварь неведомая
   тревожит Скильдинга,
датчан ночами
   исчадье мрака,
злобесный призрак,
   в набегах яростных
губит и грабит.
   От всей души я
хотел бы Хродгару
   помочь советом,
дабы избавить
   его от бедствия, 280
дабы вернулось
   благополучие
в его державу,
   дабы утихли
волны печалей,
   не то вовеки
страх и злосчастие
   с ним пребудут,
покуда не рухнут
   стропила и кровля,
пока стоят
   на холме хоромы".


С коня ответил
   отважный всадник,
сказал дозорный:
   "И сам ты знаешь,
что должно стражу -
   щитоносителю
судить разумно
   о слове и деле. 290
Я вижу ясно,
   с добром вы к Скильдингу
путь свой правите,
   и вам тореную
тропу, кольчужники,
   я укажу;
а людям велю я
   этот свежесмоленый
корабль охранять
   и беречь от недругов;
пускай на песке
   дожидает спокойно
древо морское
   доброго кормщика;
вновь полетит
   змееглавый по хлябям,
неся восвояси
   хозяина славного,
к землям гаутским,
   а с ним и дружинников - 300
тех, кого в битве
   Судьба упасет".


Двинулась рать
   (корабль остался,
причаленный к берегу,
   широкогрудый,
на тяжком якоре);
   ярко на шлемах
на островерхих
   вепри-хранители
блистали золотом.
   Так за вожатым
спешила дружина
   мужей войнолюбых
широкой дорогой,-
   и вдруг перед ними
в холмах воссияла
   златослепящая
кровля чертога,
   жилища Хродгара: 310
под небом не было
   знатней хоромины,
чем та, озарявшая
   окрестные земли.


Узрели славу
   твердыни престольной
щитоносители;
   страж, указав им
путь прямохожий,
   коня направил
обратно к морю,
   и молвил ратник:
"Теперь идите.
   Отец Вседержитель
да будет с вами!
   Дай Бог вам силы
в грядущих сражениях!
   А я возвращаюсь
хранить границу
   от недругов наших!" 320
  
  6
  
На пестрые плиты,
   на путь мощеный
толпа ступила
   мужей доспешных
в нарядах ратных,
   в кольчугах, звенящих
железными кольцами,
   прочными звеньями,-
войско блестящее
   шло ко дворцу.
Там, под стеной,
   утомленные морем,
они сложили
   щиты широкие
в ряд на лавы -
   раскатом грянули
их нагрудники;
   там же составили
копья из ясеня
   вместе с мечами - 330
бремя железное,
   вооружение
морестранников.
   Тут страж-привратник,
воитель гордый,
   спросил пришельцев?
"Откуда явились
   щиты золоченые,
кольчуги железные,
   грозные шлемы,
длинные копья?
   Немало у Хродгара
я, глашатай,
   встречал иноземцев,
но столь достойных
   не видел! Надеюсь,
не ради прибежища,
   как изгнанники,
но ради подвигов
   пришли вы к Хродгару!" 340


Вождь гаутов
   ему ответил,
стойкий в битве,
   статный под шлемом,
такими словами:
   "Из дома Хигелака
веду соратников
   я, воин Беовульф,
хочу поведать
   владыке вашему,
потомку Хальфдана,
   что мы замыслили,
коль скоро конунг
   окажет милость
и нас допустит
   в свои палаты".


Вульфгар ответствовал,
   вождь венделов,
муж многомудрый,
   меж соплеменников 350
мужеством славный:
   "Владыке Скильдингов
слово просящего,
   конунгу данов,
кольцедробителю,
   речи твои,
о вождь дружины,
   я передам.
Ждите!- скоро
   веление конунга -
народоправителя
   вы услышите!"


Туда вошел он,
   где старый Хродгар
сидел седовласый
   среди придворных;
там, на помосте,
   перед престолом
славного пастыря,
   пред ликом Хродгара 360
встал Вульфгар,
   и молвил он, вестник:
"Люди, пришедшие
   к нам издалека,
морской дорогой
   из края гаутов,-
привел их воин
   по имени Беовульф,-
просят они,
   повелитель, выслушать
слово, с которым
   к тебе спешили;
о господин,
   не отказывай пришлым,
слух преклони,
   благородный Хродгар,-
оружие доброе
   служит порукой
их силе и мужеству;
   муж могучий, 370
приведший войско,-
   вождь достойный!"
  
  7

Владычный Скильдинг,
   Хродгар ответил:
"Видел я витязя
   в дни его детства;
умер отец его,
   добрый Эггтеов,
в дом которого
   дочь единственную
отдал Хредель;
   к старому другу
отца явился
   и сын могучий,-
о нем я слышал
   от мореходов,
ладьи водивших
   в страну гаутов
с моими дарами;
   они рассказывали, 380
как тридцать ратников
   переборол он
одной рукою.
   Бог Всеблагой
направил к данам,
   послал, Милосердный,
этого мужа -
   так я думаю -
против Гренделя,
   и я героя,
по дружбе, как должно,
   дарами встречу!
Сюда немедля
   введи достойных -
пусть предо мною
   они предстанут,-
скажи: воистину
   гостям желанным
даны рады!" 390


   Тогда из чертога
вышел Вульфгар
   с такими словами:
"Изволил конунг,
   владыка данов,
мой повелитель,
   сказать, что знает
род ваш и племя
   и рад приветствовать
героев, пришедших
   к нам из-за моря.
Теперь в боевом
   облачении, в шлемах
ступайте в палаты
   да кланяйтесь Хродгару,
а ваше оружие
   покуда оставьте
тут, у порога,
   щиты и копья".


Встал среди ратников
   статный воин, 400
вождь дружины,
   велел, как должно,
верной страже
   стеречь оружие,
а сам с остальными
   вслед за глашатаем
двинулся в Хеорот.
   Витязь явился
могучий в шлеме
   перед престолом,
и молвил Беовульф
   (кольчуга искрилась -
сеть, искусно
   сплетенная в кузнице):
"Привет мой Хродгару!
   Я - воин Хигелака,
его племянник;
   мне ратное дело
с детства знакомо,
   Там, в отчем доме, 410
услышал я вести
   о битвах с Гренделем -
морские странники
   о том мне поведали,
что дом дружинный,
   тобой построенный,
чертог обширный
   пустеет вечером,
чуть солнца на небе
   померкнет слава.
Тогда старейшины,
   мои сородичи
из лучших лучшие,
   меня подвигнули
тебе, о Хродгар,
   отдать в услужение
рук моих крепость,
   ибо воочию
сами видели,
   как я из битвы 420
шел, обагренный
   кровью пяти
гигантов поверженных;
   а также было,
я бился ночью
   с морскими тварями,
мстя, как должно,
   подводной нечисти
за гибель гаутов;
   так и над Гренделем
свершить я надеюсь
   месть кровавую
в единоборстве.
   Доверь, владыка
блистательных данов,
   опора Скильдингов,
щит народа,-
   тебя заклинаю
я, прибывший
   с дальнего берега,- 430
о друг воителей,
   доверь пришельцам,
мне с моею
   верной дружиной,
отряду храбрых
   охрану Хеорота!
К тому же, зная,
   что это чудище,
кичась могучестью,
   меча не носит,
я так же - во славу
   великого Хигелака,
сородича нашего
   и покровителя! -
я без меча,
   без щита широкого,
на поединок
   явлюсь без оружия:
враг на врага,
   мы сойдемся, и насмерть 440
схватимся врукопашную,-
   Небо укажет,
Бог рассудит,
   кому погибнуть!
И если он
   победит, как обычно
в этом зале,
   тогда уж гаутов,
моих соратников,
   он беспрепятственно
пожрет, злобесный;
   тебе же не будет
забот похоронных,
   коль скоро сгину,-
меня утащит
   окровавленного
в свою берлогу,
   в багровокипящий
болотный омут,
   и в клочья тело 450
мое растерзает
   себе на мясо,
а мне уже пищи
   не нужно будет.
И если сгибну,
   похищенный битвой,
мои доспехи
   пошлите Хигелаку,
меч и кольчугу
   работы Вилунда,
наследие Хределя.
   Судьба непреложна!"
  
  8

Скильдинг-властитель,
   Хродгар вымолвил:
"К нам ты ныне
   явился, Беовульф,
как друг и защитник,
   верный долгу;
ведь было: в споре
   убивши Хадолафа, 460
из рода Вильвингов,
   отец твой распрю
посеял кровную;
   когда же гауты,
страшась усобиц,
   его отринули,
бежал он от мести
   к нам, за море,
под руку Скильдингов,
   в пределы датские,
где я уже властил
   тогда над данами,
правил державой,
   обширным краем,
твердыней героев
   (достойней владел бы
наследием Хальфдана
   брат мой старший,
да умер Херогар
   прежде времени!), 470
я же немедля
   в оплату крови
золото выслал
   Вильвингам за море:
я замирил их -
   беглец присягнул мне.
А ныне я должен
   скрепивши сердце
поведывать людям,
   как лютый Грендель
бесчестит Хеорот,
   без счета губит
моих домочадцев:
   дружина тает,
Судьба безжалостная
   уносит воинов
в схватках с Гренделем.
   Но Бог поможет
воздать злодею
   за горести наши! 480
Не раз похвалялись
   в застольях бражных,
над полными чашами
   честью хвалились
герои остаться
   ночью на страже
и Гренделя в зале
   мечами встретить;
тогда наутро
   в чертоге для пиршеств
мы находили
   запекшейся крови
потоки и пятна,
   пол обагренный,
скамьи и стены,-
   так я утратил
многих знатнейших,
   всех смерть похитила!
Но время! - сядем
   за пир, и сердце 490
тебе, воитель,
   подскажет словом.
Тогда им дали
   на скамьях медовых
места в застолье,
   и гости-гауты
сели за трапезу,
   ратники сильные,
храбросердые;
   брагу медовую
в чеканные чаши
   лил виночерпий,
песносказитель
   пел о Хеороте;
и беспечально
   там пировали
две дружины -
   датчан и гаутов.
  
  9
  
Тут Унферт,
   сын Эгглафа, 500
сидевший в стопах
   у владыки Скильдингов,
начал прение
   (морепроходец,
пришелец Беовульф,
   его раззадорил:
неужто в мире
   ему соперник
нашелся, воин
   под небом славный,
его сильнейший),
   и вот он начал:
"Не тот ли ты Беовульф,
   с которым Брека
соревновался
   в умении плавать,
когда, кичась
   непочатой силой,
с морем спорили
   вы, бессмыслые, 510
жизнью рискуя?
   Ни друг, ни недруг,
ни муж разумный
   не мог отвратить вас
от дикой затеи
   соперничать в океане.
Пучин теченья
   сеча руками,
взмахами меряя
   море-дорогу,
вы плыли по волнам,
   по водам, взбитым
зимними ветрами,
   семеро суток.
Тебя пересилил
   пловец искусный,
тебя посрамил он:
   на утро восьмое,
брошенный бурей
   к норвежскому берегу, 520
он возвратился
   в свои владенья,
в земли Бродингов,
   в дом наследный,
где правит поныне,
   на радость подданным,
казной и землями.
   Клятву сдержал
сын Бенстана -
   был первым!
Вот почему я
   предчую худшее
(хотя и вправду
   ты крепок в битве,
в честной сече),
   коль скоро, с вечера
тут оставшись,
   ты встретишь Гренделя!"
Ответил Беовульф,
   сын Эггтеова: 530
"Не чересчур ли
   ты, друг мой Унферт,
брагой упившись,
   о подвигах Бреки
тут разболтался?
   На самом же деле
никто из смертных
   со мной не сравнился бы
мощью на море,
   выдержкой на океане.
Когда-то, поспорив,
   мы вправду задумали,
жизнью рискуя
   (а были оба
еще недоростками!),
   взапуски плавать
в открытых водах.
   Сказано - сделано:
кинулись в зыби,
   клинки обнажив 540
ради защиты
   от хищных тварей,
там обитавших.
   Сил недостало
ему тягаться
   со мной на быстринах,
но я не покинул
   его над бездной:
вместе держались
   в опасных водах,
рядом плыли
   пятеро суток,
покуда буря
   и сумрак ночи,
северный ветер,
   снег и волны
кипящих течений
   не разлучили
нас в ненастье.
   Со дна морского 550
нечисть восстала -
   в пене ярились
полчища чудищ.
   Рубаха-кольчуга
искусной вязки,
   железной пряжи
мне послужила,
   шитая золотом,
верной защитой,
   когда морежитель,
стиснув когтистыми
   лапами тело,
вдруг потащил меня
   в глубь океана;
Судьбой хранимый,
   я изловчился,
- клинком ужалил
   зверя морского -
канул на дно
   обитатель хлябей. 560
  
 10
 
Кишела нежить,
   грозя мне погибелью
в бурлящей бездне,
   но я поганых
мечом любимым
   учил, как должно!
Не посчастливилось
   злобной несыти
мной поживиться,
   плотью лакомой,
пищей пиршественной
   в глубоководье,
зато наутро
   в прибрежных водах
всплыли распухшие
   туши животных,
клинком усыпленных,-
   и с этой поры
стал безопасен
   путь мореходный 570
над теми безднами.
   Божий светоч
взошел с востока,
   утихла буря,
и я увидел
   источенный ветром
скалистый берег -
   Судьба от смерти
того спасает,
   кто сам бесстрашен!
Всего же девять
   избил я чудищ
и, право, не знаю,
   под небом ночным
случались ли встречи
   опасней этой,
был ли кто в море
   ближе к смерти,
а все же я выжил
   в неравной схватке - 580
меня, усталого,
   но невредимого,
приливом вынесло,
   морским течением
к финским скалам.


   Но я не слышал
подобных былей
   о подвигах ратных,
тобой совершенных:
   ни ты, ни Брека -
в игре сражений
   не смели вы оба
железом кровавым
   творить, как должно,
дела достойные,
   зато известно,
что ты убийца
   своих сородичей,
братьев кровных,-
   проклятье ада, 590
как ни лукавь ты,
   тебя не минет!
Скажу воистину
   тебе, сын Эгглафа:
не смог бы Грендель
   бесчинствовать в Хеороте,
не смел бы нечистый
   бесчестить владыку,
когда бы сердце
   твое вмещало
столько же храбрости,
   сколько бахвальства!
Но знает он,
   что его не встретят,
противоборствуя,
   мечами острыми,
и без опаски
   враг набегает
на земли Скильдингов,
   твоих сородичей, 600
и с Данов дань
   собирает кровью,
и ест и пьет он
   и не трепещет
при встрече с данами.
   Дайте время,
на деле узнает он
   доблесть гаутскую!
Завтра поутру,
   когда над миром
зажжется Светоч,
   солнце на небе
явится ясное,-
   всяк без боязни
сможет на пиршестве
   пить брагу в Хеороте!"


Пришлась по нраву
   кольцедарителю,
седовласому
   старцу-воину, 610
решимость Беовульфа:
   он уверовал,
пастырь данов,
   в близость спасения.
Громче смех
   зазвучал и речи
среди воителей;
   вышла Вальхтеов,
блистая золотом,
   супруга Хродгара,
гостей приветствовать
   по древнему чину:
высокородная
   вождю наследному
вручила первому
   чашу пенную,
да не грустил бы
   в пиру властитель,
владыка данов,-
   до дна он выпил, 620
радуясь трапезе,
   добрый конунг;
затем гостей
   обходила Вальхтеов
с полной чашей,
   потчуя воинов,
старых и юных,
   пока не предстала
жена венценосная,
   кольцевладелица
с кубком меда
   перед гаутским
войсководителем;
   многоразумная
Бога восславила,
   ей по молитвам
в помощь пославшего
   рать бесстрашную.
Чашу воитель
   принял от Вальхтеов 630
и ей ответствовал
   жаждущий битвы,
молвил Беовульф,
   сын Эггтеова:
"Дал я клятву,
   когда с дружиной
всходил на ладью,
   чтобы плыть за море:
или избуду я
   ваши беды,
или сгину
   в тугих объятьях
рук вражьих,-
   зарок мой крепок! -
добуду победу,
   или окончатся
дни моей жизни
   в этом чертоге!"
Пришлась по сердцу
   хозяйке дома 640
клятва гаута.


   Воссела властная
золотоносица
   возле супруга,
и пир разгорелся,
   как в дни былые;
застольные клики,
   смех и песни
в хоромах грянули,
   но сам сын Хальфдана
прервал веселье,
   спеша укрыться
в ночных покоях:
   он знал, что недруг,
дождавшись часа,
   когда помрачится
закатное солнце
   и с неба сумерки
призрачным облаком
   сползут на землю,- 650
враг явится яростный,
   жизнекрушитель,
в зал для пиршеств.
   Повстала дружина;
воин воину,
   Хродгар Беовульфу
сказал в напутствие,
   благословляя
ночную стражу,
   такое слово:
"Кроме тебя,
   никому до сегодня
я не вверял
   сокровищниц датских
с тех пор, как впервые
   поднял свой щит.
Прими под охрану
   мое жилище!
Помни о славе!
   Исполни клятву! 660
Врага стереги! -
   и добудешь награду,
коль скоро в сражении
   жизнь не утратишь!"
 
назад содержание далее





Рейтинг@Mail.ru
© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2001-2015
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://izbakurnog.historic.ru/ 'Избакурног - эпос народов мира'